«Утилизационная война» с Казахстаном набирает обороты: обе стороны поднимают ставки на импорт машин

Анонсированное Казахстаном повышение утильсбора на российские автомобили дошло до практической реализации: об этом, по данным агентства «Интерфакс», заявил министр промышленности и строительства республики Ерсайын Нагаспаев. Чиновник подчеркнул, что республика не вводит новых запретов, а «просто зеркалит ситуацию», что необходимо для защиты отечественного автопрома. Россия за последние месяцы дважды повышала ставки утилизационного сбора и отдельный акцент сделала на осложнении импорта машин казахстанской сборки. Ответ соседей можно считать началом «утилизационной войны», в которой обе стороны пытаются изолировать местные автопромы друг от друга.

О планах Казахстана отгородитьcя от «Лад» и «Москвичей» стало известно в январе, когда проект соответствующего приказа опубликовали на портале правовой информации республики. Увеличение утильсбора для машин российского и белорусского производства отнюдь не символическое. Сейчас при ввозе нового автомобиля с мотором объемом 1–2 литра из России в Казахстан утильсбор составляет 757 тысяч тенге (114 тысяч рублей). По плану, его поднимут в 40 раз — до 29 миллионов тенге (4,4 миллиона рублей). Это заградительный уровень, который исключает ввоз машин из России и Белоруссии в Казахстан.

Россия с 2025 года существенно осложнила ввоз автомобилей казахстанской сборки, начисляя дополнительный утильсбор импортерам и владельцам уже после начала эксплуатации машин в РФ. Под раздачу попали Kia и Skoda, собранные на заводах в Костанае, а также Hyundai алма-атинского производства. Суммы доначислений в основном составляли 1–1,5 миллиона рублей. Импортеры попытались создать общественный резонанс, но Федеральная таможенная служба настояла на своем.

А с 1 апреля 2026 года изменится порядок частного ввоза автомобилей из Казахстана и других стран ЕАЭС в Россию: теперь даже физлица, импортирующие машины для личного пользования, обязаны доплачивать разницу в таможенных пошлинах между странами. Для юрлиц такая практика действует с 2024 года. Хотя «физики» в таком случае освобождены от уплаты НДС и акциза, по факту они платят их косвенным образом: оба платежа включены в пошлину, которая существенно выше, чем для юрлиц. Апрельские изменения сделают «частный» импорт из Казахстана почти бессмысленным.

Отчасти эта «торговая война» носит символический характер, потому что объем взаимной торговли автомобилями между странами не был критически значимым для обеих сторон. Так, годовой ввоз из Казахстана в Россию составлял порядка 12–13 тысяч машин, из которых часть приходилась на транзитный импорт, часть — на автомобили тамошней сборки. В обратном направлении шло примерно 7–8 тысяч машин в год. Объем авторынка Казахстана примерно в шесть раз меньше российского, то есть в удельных величинах российский импорт был более весомым, и его блокировка высвобождает больше пространства для казахстанских производителей на домашнем поле.

Ерсайын Нагаспаев отметил, что Казахстан не ожидает роста цен после подписания приказа из-за малого объема поставок российских автомобилей.

Бум автопрома в Казахстане начался после 2022 года: страна, не скованная санкциями, пыталась стать сборочным хабом машин некитайских марок для России. Помимо уже действовавшего предприятия Allur (выпускает широкий ассортимент моделей, включая Chevrolet), в республике запустили заводы Hyundai, Skoda и Kia. Цены привлекательные: например, Kia Soluto («одноклассник» Lada Vesta) стоит от 1,2 миллиона рублей с автоматической коробкой передач.

Казахстан хотел уговорить Россию снизить таможенные барьеры для машин местной сборки, но результат был обратным.

Обе страны входят в ЕАЭС с его единым таможенным пространством, поэтому взаимная торговля в теории должна идти без осложнений. Но есть нюанс: если ввозить машину из Казахстана, легализованную по правилам таможенного союза (ЕТТ), импорт становится невыгодным — это касается как транзитных машин, так и собранных в Казахстане. Интерес возник из-за наличия в республике «льготных» правил растаможки для внутреннего пользования, и ввоз таких машин в Россию поначалу не был ограничен (хотя по духу закона они предназначались только для самих казахстанцев). В 2022–2023 годах это дало мощный толчок торговле, но после 2024 года правила регулярно ужесточались, и с апреля 2026 года для ввоза из Казахстана даже частным импортом придется таможить машину по полным ставкам.

Для российских потребителей такие запреты болезненны. В начале 2026 года ввоз автомобилей глобальных марок в страну вырос в 2,5 раза, то есть стремление людей купить машину некитайского бренда окрепло. Глава агентства «Автостат» Сергей Целиков связывает этот ажиотаж с разочарованием россиян в надеждах на скорое примирение с Западом.

«В начале прошлого года, на волне начавшихся переговоров с США по Украине, появилась иллюзия скорого возвращения мировых брендов в Россию, — написал он в своем телеграм-канале. — И потенциальные покупатели новых авто перешли в режим ждунов. За год переговоров иллюзия рассеялась. То есть ждуны не дождались…»

Россия оправдывает драконовские утильсборы необходимостью развивать местное производство, и оно понемногу раскочегаривается: так, перезапущен бывший завод GM. Но даже повышенные ставки «утиля» не компенсируют падение продаж: реальные поступления в бюджет серьезно не дотягивают до плана.