«Копейки на развитие воспитанников и миллиарды легионерам». Разбираемся, на что тратят деньги клубы РПЛ

Заявление министра спорта Михаила Дегтярева, которое оправдало введение нового лимита на легионеров, было сделано на основе крайне важных финансовых аргументов. По его словам, клубы почти не тратят деньги на воспитание своих звезд, но щедро переплачивают иностранцам. Сейчас лимит — 12 легионеров на команду в заявке и 7 на поле. Как добавил Дегтярев, в планах Минспорта постепенное доведение лимита до параметров 5/10.

Это заявление раскололо футбольное сообщество на две стороны. Первые уверены, что так и есть. Другие же, напротив, сочли, что это политический лозунг и не более, чтобы оправдать введение нового лимита. MSK1.RU решил разобраться в цифрах и понять, кто же действительно тратит больше на российский футбол, государство или клубы РПЛ?

24 апреля Михаил Дегтярев при введении лимита заявил, что государство ежегодно расходует на подготовку футболистов 56 миллиардов рублей в регионах. При этом министр назвал сумму совокупного бюджета клубов РПЛ, заявив, что от общей на воспитанников идет лишь 6%.

Тезисно:

• государство тратит миллиарды на детский футбол в России — 56 млрд;

• общий бюджет клубов РПЛ — более 120 млрд;

• клубы РПЛ тратят лишь 7,4 млрд на содержание футбольных академий;

• на зарплаты иностранцам уходит 86 млрд.

Каждый пункт крайне важен, а по цифрам хочется задать несколько вопросов, чтобы понять, правда ли государство единолично тащит на себе детский футбол? А клубы тратят миллиарды на иностранцев?

Начнем с государства. Действительно ли ДЮСШ получают такие деньги во всех регионах страны? В октябре 2025 года Дегтярев на заседании Комитета Госдумы по физической культуре и спорту отчитывался и говорил, что в проекте федерального бюджета на 2026 год расходы на спорт увеличили до 74,5 млрд рублей (на 9,6% за год), в 2027-м — 77,4 млрд, в 2028-м — 79,1 млрд (в сумме 231 млрд).

Часть из этой суммы действительно идет на футбол, но далеко не всё. Сам же министр спорта заявил, что в 2026 году ведомство проведет 197 физкультурных мероприятий, 12 тысяч спортивных событий, а также выделит госпомощь 595 организациям. Дополнительно поставит спортинвентарь в 303 школы.

В официальном проекте бюджета Минфина на 2026 год были указаны другие цифры, но разница в масштабах всероссийских трат незначительная — всего 2 млрд. В проекте власти за три года должны выделить на спорт 229 млрд, а в утвержденном бюджете — 231 млрд. Но именно проект поможет разобраться, на что собирается власть тратить деньги в ближайшие три года:

• на всероссийские и международные физкультурные мероприятия, спортивные мероприятия — 46,4 млрд;

• софинансирование закупок и монтажа оборудования для создания умных спортивных площадок — 13,8 млрд;

• на выплату стипендии гражданам Российской Федерации, имеющим высокие спортивные результаты или способствовавшим их достижению, — 7,7 млрд;

• на создание фиджитал-центров в субъектах Российской Федерации — 2,8 млрд;

• на осуществление единовременных компенсационных выплат работникам сферы физической культуры и спорта, прибывшим (переехавшим) на работу в населенные пункты с числом жителей до 50 тысяч человек, — 2,7 млрд;

• на сдачу ГТО — 0,7 млрд.

Остается еще около 157 млрд. Их без конкретной разбивки Минфин указал так: «Государство намерено строить не менее 350 спортивных комплексов ежегодно, а также развивать студенческие спортивные клубы».

Важный нюанс, что речь идет про все виды спорта. Таким образом, значительные суммы государство выделяет не конкретно на развитие детско-юношеского футбола, а на создание спортивной инфраструктуры. Сюда, безусловно, относится и футбол, а также теннис, хоккей, плавание, велогонки и многое другое.

Тогда откуда Михаил Дегтярев взял конкретную сумму в 56 млрд рублей? Вероятно, министр озвучил общие расходы бюджета на футбол, включая региональные дотации, которые не входят в зону ответственности Минспорта.

По словам Дегтярева, в России более 3,5 млн человек занимаются футболом. Но количество детей из них министр не уточнял. При этом в ноябре прошлого года сам же Дегтярев приводил статистику, что в России занимаются футболом только 350 тысяч детей, то есть 10% от общего числа.

Если мы представим, что государство ежегодно тратит на 350 тысяч детей все свои 56 миллиардов рублей, то это получается по 160 тысяч рублей на каждого юного футболиста ежегодно. Если разбить эти деньги на 12 месяцев, получится, что на одного ребенка выделяется около 13 тысяч рублей. При этом стоимость обучения в частных школах в Москве сейчас в среднем от 12 до 17 тысяч рублей. То есть почти эквивалентна тем затратам, которые несут родители, исключая участие в соревнованиях и выезды, которые оплачиваются отдельно.

Но сколько реально из этих 13 тысяч доходит до детей? Ведь государство больше тратит на содержание футбольных полей, стадионов, а также зарплаты тренеров, спортивного инвентаря и, самое главное, организацию соревнований.

Аргументируя снижение количества легионеров в РПЛ и приводя цифры, Дегтярев сравнил траты клубов в нескольких регионах страны с бюджетом целого министерства на всю Россию.

«Государство ежегодно расходует 56 млрд рублей из консолидированного бюджета на подготовку футболистов в детско-юношеских школах в регионах, — написал он в своем Telegram-канале. — При этом суммарный бюджет клубов РПЛ — более 120 млрд рублей. Несмотря на то что и среди этих средств 70–80% прямо или косвенно имеют государственное происхождение, на детско-юношеский спорт клубы тратят 7,4 млрд рублей — 6%. Это данные РПЛ. А на зарплаты иностранных игроков уходит до 70%. Тут мы опираемся на открытые данные».

Начнем с того, чтобы клубы РПЛ представляют не всю страну, а лишь 13 городов. Среди них Москва, Краснодар, Сочи, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Самара, Тольятти, Грозный, Махачкала, Калининград, Казань, Оренбург и Ростов-на-Дону.

РФС действительно заявил, что за 2024 год клубы РПЛ потратили на молодежный футбол чуть больше 6,05 млрд рублей. И эта сумма еще и значительно выросла, в 2020 году она составляла всего 2,79 млрд. Совокупно с 2020 по 2025 год топ-клубы РПЛ потратили на развитие детско-юношеского спорта 39,4 млрд.

То есть ежегодный бюджет властей, которые приводит Дегтярев, не может сравниться даже с пятилетними затратами клубов на детский спорт.

При этом, на что тратят клубы, известно: в эти траты входит содержание академий, медобслуживание юных команд, зарплаты детских тренеров и участие в соревнованиях.

Но есть важный нюанс: четко сказать, где здесь деньги государства, а где средства клубов, нельзя. Значительная часть команд так или иначе финансируется из бюджетных средств или компаний, которые частично или полностью государственные, например «Лукойл», «Ростех», «Газпром» и другие. Среди РПЛ можно назвать лишь два клуба, которые являются полностью частными, — «Краснодар» и «Акрон».

Судя по последним отчетам за 25-й, «Краснодар» тратит 19% бюджета на молодежь — больше миллиарда рублей. Про академию клуба можно говорить отдельно. Как писал «Спортс», Галицкий создал отдельную структуру с многомиллиардными активами, чтобы она жила долгие годы независимо от состояния создателя «Магнита».

«Локомотив» удвоил свои расходы на воспитание молодежи, «Динамо» тратит на развитие молодежи миллиард — это второй показатель в лиге после южан. Крупные суммы относительно своего бюджета вкладывает «Акрон» — около 17%.

А вот клубы так или иначе связаны непосредственно с государственным финансированием, тратят на эти цели гораздо меньше.

«Зенит», по последним данным, в 2024-м потратил около 897 млн рублей (около 3% от бюджета клуба из Санкт-Петербурга), ЦСКА — 470 млн рублей (около 6% от бюджета), «Спартак» — 442 млн рублей (около 4% от общего бюджета).

Но глобально показатель 6% не выглядит критически низким. Если бы не одно но, и очень большое. Клубы безбожно тратят миллиарды на иностранцев.

Как заявил министр, топ-клубы тратят около 70% своих бюджетов из 120 миллиардов напрямую в зарплаты иностранцам. То есть это примерно 86 млрд рублей.

Может быть, действительно клубы тратят столько на зарплаты сотрудникам ежегодно, давайте считать:

• «Зенит» — 10 млрд;

• «Спартак» — 9,3 млрд;

• «Динамо» — 6 млрд;

• «Локомотив» — 5,2 млрд;

• «Краснодар» — 4,6 млрд;

• ЦСКА — 4,3 млрд;

• «Рубин» — 3 млрд;

• «Сочи» — 2,1 млрд;

• «Крылья Советы» — 1,6 млрд;

• «Пари НН» — 1,6 млрд;

• «Ахмат» — 1,5 млрд;

• «Ростов» — 1,5 млрд;

• «Балтика» — 1,4 млрд;

• «Оренбург» — 1,3 млрд;

• «Акрон» — 966 млн;

• «Динамо Махачкала» — 839 млн.

Даже если сложить общий фонд зарплатных ведомостей каждого клуба РПЛ, получается всего около 55,19 млрд рублей.

Таким образом, клубы РПЛ потратили на оплату труда всех работников (от уборщиц, администраторов, бухгалтеров до топ-звезд) всего около 55 млрд рублей. И это получается лишь 46% от общих расходов.

При этом фактически многомиллиардные зарплаты рассчитаны вовсе не на 30 человек в команде, а на сотни сотрудников. К ним относятся не только футболисты, но и персонал клубов-дублеров, где в основном и играет талантливая молодежь.

Безусловно, топовые зарплаты получают многие легионеры. Например, зарплату лучшего бомбардира РПЛ Джона Кордобы из «Краснодара» оценивают примерно в 4 миллиона евро, то есть около 350 миллионов рублей за год. Или, по слухам, лучший игрок «Зенита» весной 2026-го Вендел с учетом бонусов может получать около 4,5 миллиона евро (почти 400 миллионов рублей в год).

Но всё равно эти суммы являются исключением, а топовых игроков-иностранцев, зарплаты которых выше 1–2 миллиона евро, можно пересчитать по пальцам двух рук.

Иными словами, взаимосвязь между развитием детского спорта и зарплатами легионеров весьма туманна. В то же время отдельные зарплаты топ-футболистов действительно в разы больше, чем ряд клубов тратит на развитие молодежи.

Например, Жедсон Фернандеш, который пришел в «Спартак» летом прошлого года, по данным журналиста Ивана Карпова, получает около 2,5 миллиона евро (около 220 миллионов рублей). Это половина вложений «Спартака» в развитие собственной академии. Если прибавить сюда зарплату Барко (по данным «Чемпионата», 3 млн евро ≈ 258 млн рублей) и Ливая Гарсии (по данным «Спорт-Экспресс», 2,4 млн евро ≈ 207 млн рублей), то «Спартак» действительно гораздо больше тратит на иностранцев, чем на собственную академию.

Спортивный директор «Спартака» Фрэнсис Кахигао объясняет это естественной конкуренцией.

«Касаемо лимита на легионеров: я вообще не сторонник никаких лимитов. То есть если устанавливать некий порог для прогресса, то игрок не будет развиваться. Это мне не нравится. Подобные лимиты не идут на пользу, — заявил он в эфире программы „Комент.Шоу“. — В Англии мы это наблюдали по Брекситу. Тогда нам говорили, что после выхода из Евросоюза в АПЛ будет играть больше англичан. В итоге сейчас в чемпионате на 7% меньше англичан».

«Ранее я сказал ровно то же самое о наших спартаковских молодых игроках. Если хочешь, чтобы молодежь с российским паспортом развивалась, нужно, чтобы она соревновалась с лучшими соперниками, чтобы эти юноши конкурировали в наиболее суровых условиях», — добавил Фрэнсис.

С этим мнением отчасти согласен и заместитель председателя правления по спортивному развитию «Зенита» Андрей Аршавин.

«На мой взгляд, жесткий лимит — это глупости. Он приведет только к росту зарплат, спровоцированному искусственно созданным дефицитом талантливых игроков на рынке. Средние и слабые российские футболисты будут получать больше денег, вот и всё. Это ни к чему не приведет, — сказал Аршавин в разговоре с РИА Новости еще в сентябре 2025 года.

Ранее MSK1.RU писал, что в российском футболе началось уголовное преследование десятка футбольных судей. Их подозревают в получении взяток и нечестном судействе. Два дела связаны с московским «Торпедо» и подмосковными «Химками».